Очень страшное кино

Фильм «Очень страшное кино» 2000 года - яркий пример того, как кинематограф может отказаться от всяких попыток возвысить человека и вместо этого превратить его слабости и пороки в главный источник развлечения. Сюжет пародирует «Крик», «Я знаю, что вы сделали прошлым летом» и другие популярные ужастики, однако за комедийной оболочкой скрывается весьма неприятное содержание. Перед зрителем проходит целая вереница персонажей, для которых похоть, наркотики, ложь, жестокость и эгоизм становятся практически естественным образом жизни.

Уже начало фильма задаёт соответствующий тон. Дрю Деккер оказывается один на один с маньяком, который преследует её по телефону. Казалось бы, перед нами должна быть сцена страха и опасности, однако создатели практически мгновенно превращают происходящее в пошлое зрелище. Преследование девушки сопровождается сексуализацией, раздеванием и издевательством над самой ситуацией. Даже смерть Дрю используется не для того, чтобы показать трагедию человеческой жизни, а как очередной комедийный номер. Человек погибает, а зрителя призывают смеяться.

Особенно показательно поведение основной компании подростков. Годом ранее они случайно сбили человека автомобилем. Вместо того чтобы оказать ему помощь, обратиться за помощью и понести ответственность за случившееся, они решают скрыть преступление и выбрасывают тело в воду. Это уже не просто глупость, а сознательное бегство от ответственности. «Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего» - гласит заповедь, однако герои выбирают ложь и сокрытие своего поступка.

Именно здесь фильм мог бы показать последствия нравственного падения и привести персонажей к раскаянию. Но вместо этого преступление становится всего лишь механизмом для построения очередной серии шуток. Подростков беспокоит прежде всего собственная безопасность и возможность разоблачения. Чужая жизнь оказывается для них гораздо менее важной, чем собственное благополучие. Получается очень характерная картина: согрешить легко, а вот признать свою вину и понести ответственность никто не желает.

Не менее отвратительна сексуальная составляющая фильма. Бобби постоянно оказывает давление на Синди, пытаясь добиться от неё близости, несмотря на её нежелание. Подобное поведение преподносится как комедия. Но любовь не заключается в принуждении и удовлетворении собственного желания за счёт другого человека. Апостол Павел пишет: «Любовь не бесчинствует, не ищет своего». В мире «Очень страшного кино» всё происходит практически наоборот: персонажи ищут прежде всего своего удовольствия, а достоинство и чувства ближнего становятся второстепенными.

Женские персонажи при этом нередко превращаются исключительно в объекты сексуальных шуток. Внешность, тело, раздевание и сексуальное поведение становятся практически универсальным материалом для юмора. Даже ситуация смертельной опасности не способна остановить создателей от подобных гэгов. Там, где можно было бы показать страх, трагедию или мужество, зрителю предлагают похабщину.

Отдельная тема - наркотики. Шорти практически не расстаётся с марихуаной, а его состояние постоянно используется как комический элемент. Наркотическое поведение изображается не как разрушительная привычка, способная погубить человека, а как забавная черта характера. Подобная подача особенно опасна тем, что стирает границу между развлечением и реальным пороком. Писание предупреждает: «Трезвитесь, бодрствуйте», тогда как герой существует в состоянии, противоположном трезвости и рассудительности.

Не лучше обстоят дела и с насилием. Убийства, удары ножом, кровь и нападения происходят один за другим, но человеческая смерть практически полностью лишена трагического значения. Жизнь человека превращается в реквизит для комедии. Убийца становится карикатурой, жертва - поводом для очередной шутки, а сама жестокость воспринимается как развлечение. Однако Христос учил совсем другому: «Блаженны миротворцы». Здесь же миротворчеству практически нет места.

Особенно неприятно наблюдать, как фильм обращается с сексуальной ориентацией персонажей. История Бобби и Рэя сопровождается многочисленными грубыми и унизительными шутками. Вместо серьёзного разговора о человеческом достоинстве авторы используют тему преимущественно как источник насмешек. В результате фильм одновременно культивирует распущенность и унижает людей, превращая личные особенности в объект издевательства.

Финальная часть лишь окончательно демонстрирует нравственный хаос происходящего. Бобби и Рэй оказываются причастны к преступлениям, а настоящий убийца - Дуфи, который всё это время притворялся безобидным человеком. Ложь, убийства и предательство переплетаются между собой настолько плотно, что практически невозможно найти героя, который действительно стремился бы к добру. Даже раскрытие преступника превращается в фарс, а после основной развязки фильм продолжает шутить на сексуальные и преступные темы.

Особенно печально, что название фильма само по себе маскирует содержание. За словом «комедия» скрывается поток похабных шуток, наркотического угара, жестокости и издевательств. Зрителя приучают смеяться там, где нормальная человеческая реакция должна заключаться в сочувствии, осуждении преступления или сострадании к пострадавшему.

В итоге «Очень страшное кино» представляет собой не безобидную пародию, а откровенно грубую комедию, построенную на культе низменных человеческих страстей. Подростки скрывают преступление вместо покаяния, персонажи стремятся к сексуальным удовольствиям вместо целомудрия, наркотики превращаются в источник веселья, убийства - в повод для смеха, а унижение ближнего - в основу юмора. «Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете». В этом фильме слишком много того, над чем человеку следовало бы задуматься, и слишком мало того, чему действительно стоит подражать.

Это произведение лучше оставить там, где ему и место, - в мусорной корзине грубого юмора начала двухтысячных. Оно не возвышает зрителя, не учит милосердию, ответственности или самообладанию, а напротив, снова и снова предлагает смеяться над грехом, пока грех не начинает казаться обыденным и даже забавным.