Солнцестояние

Фильм Ари Астера «Солнцестояние» представляет собой крайне неприятное и разрушительное зрелище, в котором человеческая жизнь оказывается полностью подчинена языческому культу, коллективному безумию и страстям. История Дэни Ардор начинается с настоящей трагедии: после гибели родителей и сестры девушка остаётся практически без семьи и эмоциональной опоры. Именно в таком состоянии она попадает в Хоргу, где ей предлагают то, чего ей отчаянно не хватает, - ощущение принадлежности и коллективного сочувствия. Но цена этого «утешения» оказывается чудовищной.

Хорга является не мирной общиной, а замкнутой системой, где преступление объявлено традицией. Стариков заставляют принять смерть как часть установленного жизненного цикла, чужаков заманивают в деревню для последующего жертвоприношения, а убийства совершаются спокойно и торжественно. Здесь особенно уместны слова: «Не убивай». Но для жителей Хорги заповедь перестаёт существовать, поскольку коллективное убеждение оказывается для них важнее человеческой жизни. Они не раскаиваются в своих поступках, а превращают убийство в праздник.

Ещё отвратительнее то, что Хорга уничтожает личную ответственность. Никто якобы не является убийцей - все лишь «исполняют традицию». Однако от перемены названия преступление не перестаёт быть преступлением. Когда человека заманивают обманом, лишают свободы, убивают и используют его останки в ритуале, никакая древность обычая не способна сделать это добром. «Горе тем, которые зло называют добром, и добро злом» (Ис. 5:20). Именно такая подмена понятий пронизывает весь фильм.

Отдельного осуждения заслуживает языческая обрядность Хорги. В фильме практически отсутствует представление о святости человеческой жизни и ответственности человека перед Богом. Вместо этого зрителю показывают культовые церемонии, поклонение собственным обычаям, мистические тексты, наркотические состояния и ритуальные действия. Предупреждение Писания звучит предельно ясно: «Не обращайтесь к вызывающим мертвых и к волшебникам, и не доводите себя до осквернения от них». А «Солнцестояние» фактически помещает подобную систему верований в центр повествования.

Наркотики в картине становятся ещё одним инструментом разрушения человека. Герои принимают психоделические вещества, после чего восприятие реальности начинает искажаться. Позднее наркотиками пользуются уже сами жители Хорги, в том числе для проведения ритуалов и воздействия на Кристиана. В результате разум человека оказывается не опорой для принятия решений, а игрушкой в руках тех, кто лучше понимает, как им управлять. Вместо трезвости и самообладания зрителю предлагают погружение в изменённое состояние сознания.

Особенно мерзкой выглядит сексуальная линия. Кристиана фактически превращают в средство для продолжения рода общины. Его одурманивают, лишают возможности нормально принимать решения и вовлекают в сексуальный ритуал с Майей. Интимная близость здесь окончательно лишается достоинства и превращается в коллективное действо. «Бегайте блуда», но Хорга делает противоположное - превращает похоть и телесное желание в инструмент своей системы.

При этом Кристиан сам далеко не образец добродетели. Он эмоционально холоден к Дэни, откладывает честный разговор о разрыве, забывает о важных для неё событиях, присваивает себе чужую академическую идею и изменяет ей. Его поведение действительно заслуживает осуждения. Но человеческие грехи одного человека никак не дают другим права его убивать. Предательство, эгоизм и измена не превращают жертву в законную добычу для языческого обряда.

Дэни является, пожалуй, самым трагическим персонажем картины. Она переживает страшнейшую семейную катастрофу и отчаянно ищет любовь и поддержку. Хорга замечает эту слабость и постепенно занимает место погибшей семьи. Женщины общины даже начинают буквально разделять её плач и эмоциональную боль. Для измученной девушки это выглядит как настоящее принятие. Но за этим сочувствием скрывается манипуляция: община постепенно приучает её считать нормальным то, что прежде казалось бы ей чудовищным.

В этом и заключается одна из наиболее страшных идей фильма. Человека не обязательно заставлять войти в зло силой. Иногда ему достаточно дать то, чего он больше всего желает. Дэни потеряла семью - ей дают новую. Она чувствует себя одинокой - ей предлагают коллектив. Она страдает - вокруг неё начинают страдать вместе с ней. Но затем вместе с этим «принятием» ей предлагают принять убийство, жертвоприношение и извращённую систему ценностей.

Финал особенно показателен. Дэни получает возможность выбрать девятую жертву и выбирает Кристиана. После этого его помещают в тушу медведя и вместе с другими жертвами сжигают в храме. Дэни наблюдает за происходящим, а затем начинает улыбаться. Таким образом, человек, который ещё недавно был жертвой трагедии, окончательно принимает общество, совершившее новые преступления.

Эта улыбка страшнее многих кровавых сцен фильма. Она показывает не победу добра, а окончательное внутреннее примирение с тем, что должно было вызвать ужас. Дэни не спасает невиновного человека, не отвергает убийство и не покидает преступную общину. Она принимает её правила. То, что ещё недавно было для неё чужим и страшным, становится для неё источником облегчения.

Картина также последовательно демонстрирует расчленение и уничтожение человеческого тела. Марка убивают после его безрассудного поведения, Джош погибает из-за попытки тайно изучить священный текст, Саймон становится жертвой чудовищного ритуала, Конни также погибает, а тела людей используются как элементы обрядов. Человеческое достоинство здесь уничтожается буквально вместе с телом.

Особенно отвратительно, что всё это окружено эстетической красотой. Яркий солнечный свет, цветы, белые одежды, музыка и праздничная атмосфера становятся оболочкой для убийств и разврата. Получается опасная подмена: зрителя приучают смотреть на ужас не как на ужас, а как на красивый ритуал. Именно поэтому внешняя красота «Солнцестояния» нисколько не оправдывает его содержание, а, напротив, делает его воздействие ещё более неприятным.

«Солнцестояние» - это фильм о том, как больного и одинокого человека можно заманить в среду, где грех объявляется нормой, убийство - традицией, разврат - обрядом, а отказ от собственной воли - принадлежностью к коллективу. В нём практически каждый нравственный ориентир перевёрнут вверх ногами. Вместо покаяния предлагается растворение в толпе, вместо прощения - месть, вместо любви - зависимость, вместо духовной свободы - подчинение культу.

Апостол Павел предупреждал: «Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы». Именно это и происходит с Дэни. Она попадает в общество, которое внешне обещает ей семью, но внутри которого человеческая жизнь ничего не стоит. И самое страшное - в финале она уже не пытается выбраться из этого общества.

Поэтому «Солнцестояние» следует воспринимать не как безобидный фильм ужасов, а как крайне тяжёлое зрелище, насыщенное языческими обрядами, убийствами, наркотиками, сексуальной распущенностью, манипуляцией и надругательством над человеческим достоинством. Красивые декорации здесь лишь маскируют духовную пустоту. «Что пользы человеку приобрести весь мир, а душе своей повредить?». Хорга даёт Дэни чувство принадлежности, но взамен забирает у неё способность отличать добро от зла. И именно поэтому финальная улыбка становится самым страшным символом всей этой картины.