Матильда

«Матильда» Алексея Учителя - это не столько историческая картина, сколько дорого упакованная мелодрама о похоти, ревности, измене и болезненной привязанности, которую создатели пытаются выдать за судьбоносную любовь. Уже сама завязка показывает, насколько фильм любит эффектную театральность: во время коронации Николая II женщина в свадебном платье врывается в Успенский собор, называет царя «Ники», после чего тот роняет корону и теряет сознание. История государства моментально превращается в декорацию для любовной интриги.

Главная проблема начинается с отношений Николая и Матильды. Николай уже помолвлен с Аликс, будущей Александрой Фёдоровной, однако вместо того, чтобы честно прекратить отношения с другой женщиной, он начинает вести двойную жизнь. Перед окружающими он остаётся женихом Аликс и будущим императором, а тайно продолжает встречаться с Матильдой. Более того, он постоянно даёт ей надежду, хотя сам прекрасно понимает, что его положение практически не позволяет ему исполнить свои обещания. Получается классическая история самообмана, в которой человек хочет одновременно сохранить и собственное желание, и общественное положение.

Особенно отвратительно выглядит попытка фильма романтизировать интимную связь Николая и Матильды. Между ними происходят любовные сцены, а сама Матильда оказывается в спальне наследника, прикрываясь царской мантией. Затем их связь продолжается уже после того, как становится очевидно, что Николай должен вступить в брак с Аликс. То, что в нравственном отношении является изменой и нарушением обещания, режиссёр превращает в красивую трагическую любовь. Но невозможно назвать возвышенной связь, которая начинается там, где уже существует другое обязательство.

Матильда при этом тоже не выглядит невинной жертвой обстоятельств. Она знает о помолвке Николая, но всё равно требует от него невозможного. Она хочет, чтобы он отказался от престола ради неё, а когда Николай не способен принять такое решение, демонстративно целует Андрея у него на глазах. Получается не любовь, а настоящая игра на ревности. Один человек манипулирует обещаниями, другая отвечает унижением и провокациями. Здесь особенно уместны слова Спасителя: «Ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше». Но сердца героев оказываются порабощены страстью, ревностью и собственными желаниями.

Отдельного осуждения заслуживает образ самой Матильды. Её первое появление в качестве балерины сопровождается скандалом с обнажением перед публикой и царской ложей. Костюм героини специально развязывают, он спадает, однако вместо стыда и трагедии происходящее превращается в эффектный момент её триумфа. Зрителю фактически предлагается восхищаться тем, что женщина привлекает к себе внимание через публичное обнажение.

Дальше фильм только усиливает этот мотив. Танец, красота тела, любовные сцены, поцелуи, ревность и соперничество становятся главным языком повествования. Даже профессиональное мастерство Матильды оказывается тесно связано с её сексуальной привлекательностью и способностью управлять мужчинами. В результате балерина превращается почти в мифическую роковую женщину, от одного взгляда которой будто зависит судьба наследника престола.

Не менее отвратительна линия Воронцова. Этот человек преследует Матильду, ревнует её, нападает на Николая, похищает балерину и фактически превращает свою болезненную одержимость в подобие романтической страсти. Фильм показывает опасного преследователя, но одновременно окружает его поведение мелодраматической оболочкой. Особенно неприятно то, что трагедия его бывшей невесты, которая якобы покончила с собой, используется как средство давления на Матильду. Вместо серьёзного разговора о разрушительной природе одержимости зрителю предлагают ещё один виток любовной истерики.

Власов оказывается ещё одним образцом морального разложения. Человек, который должен поддерживать порядок, прибегает к угрозам, обыскам, шантажу и организации убийства. В конце он даже устраивает пожар на пароме, чтобы избавиться от Матильды, а затем спасает её и выставляет своё решение проявлением милосердия. Получается совершенно перевёрнутая система нравственных координат: преступник способен назвать себя милосердным после того, как сам организовал преступление.

Ещё дальше фильм погружается в спиритизм и оккультную мишуру. Появляется Фишель, проводящий спиритические сеансы, использующий гипноз и фактически издевающийся над Воронцовым в своих экспериментах. Аликс тоже обращается к нему, желая узнать будущее. Всё это превращает историческую драму в странную смесь дворцового романа, мистического триллера и псевдоисторического аттракциона. Подобные эпизоды особенно чужды христианскому отношению к духовной жизни: человеку предлагается не смирение перед волей Божией, не молитва и не доверие Промыслу, а попытка заглянуть за пределы дозволенного посредством спиритизма и магических практик.

При этом фильм практически заставляет зрителя поверить, будто именно несостоявшийся роман Николая и Матильды мог изменить судьбу Российской империи. Вот здесь начинается уже настоящее историческое издевательство. Сложнейшие процессы огромной страны, политические противоречия, общественные проблемы и будущие потрясения оказываются превращены в декорацию для вопроса: а что было бы, если бы Николай выбрал балерину? Такая конструкция делает из истории огромной страны мелодраму о любовном треугольнике.

Особенно неприятен контраст между дворцовыми страстями и Ходынской трагедией. Пока герои выясняют отношения, ревнуют, целуются и страдают из-за невозможной любви, на Ходынском поле погибают люди. Фильм специально монтирует торжество коронации с массовой гибелью народа, но и здесь человеческая трагедия становится частью красивой драматургической конструкции. Николай после этого встаёт на колени и крестится, а зрителю предлагается увидеть в нём прежде всего сострадательного человека.

Самое печальное заключается в том, что фильм способен вызвать сочувствие именно к тем страстям, которые должен был бы разоблачать. Николай не выглядит человеком, который добровольно подчиняет желания долгу, а скорее несчастным влюблённым, которому злые обстоятельства не позволили быть счастливым. Матильда представлена не женщиной, вовлечённой в связь с уже помолвленным человеком, а великой любовью, которую у героя отнимает судьба. А ревность, измена и ложь становятся якобы неизбежными спутниками настоящего чувства.

Вместо целомудрия здесь предлагается чувственность, вместо верности - любовный треугольник, вместо смирения - требование отказаться от долга ради собственного желания, вместо принятия Божьего промысла - попытки самостоятельно перекроить судьбу. «Не прелюбодействуй» и «возлюби ближнего твоего, как самого себя» плохо сочетаются с тем, что демонстрируют главные герои.

В итоге «Матильда» оставляет крайне тяжёлое впечатление. Это фильм, в котором исторические фигуры превращены в участников любовной мыльной оперы, государственная история используется как фон для страстей, а измена преподносится как трагическая красота. К этому добавляются обнажение, интимные сцены, ревность, преследование, похищение, насилие, спиритизм и убийства. Всё это собрано в одну пёструю, дорогую и внешне роскошную конструкцию, которая за красивой оболочкой скрывает весьма сомнительное содержание.

«Матильда» не возвышает человека над страстью, а заставляет переживать за то, как страсть пытается завладеть человеком. Это не история о настоящей любви, а история о том, как желание, ревность, тщеславие и неспособность отказаться от собственного «я» постепенно запутывают людей в сети лжи. И если убрать царские мантии, балетные декорации и красивые съёмки, останется довольно простая и неприятная формула: человек хочет получить то, что ему не принадлежит, и готов ради этого переступать через обязательства перед другими. Именно поэтому смотреть на «Матильду» как на образец романтической любви было бы большой нравственной ошибкой.