LOL [ржунимагу]

«LOL» - довольно показательный пример того, как современное кино способно красиво упаковать духовную и нравственную незрелость и назвать ее взрослением. Перед зрителем подростковая жизнь, в которой вместо труда над характером и воспитания добродетели на первый план выходят романтические переживания, вечеринки, обман родителей и стремление как можно скорее попробовать взрослую жизнь. Всё это подается почти буднично, словно в подобных поступках нет ничего опасного.

Особенно неприятно то, что главной героине всего пятнадцать лет. Но вместо того чтобы показать подростковый возраст как время, когда человек должен учиться ответственности, целомудрию, уважению к родителям и умению владеть собственными желаниями, фильм делает центром повествования любовные переживания и подростковые эксперименты. Лола постоянно хочет казаться взрослее, чем она есть на самом деле. Ей хочется свободы, но ответственности за эту свободу она еще не имеет. В результате свобода превращается в обычное своеволие.

Отдельного осуждения заслуживает отношение к родителям. Лола скрывает от матери значительную часть своей жизни, лжет ей и воспринимает любые ограничения как посягательство на собственную свободу. Конечно, Анна тоже далека от идеала и сама ведет двойную жизнь, скрывая отношения с бывшим мужем и разбираясь в собственных романтических проблемах. Но лицемерие одного человека не превращает ложь другого в добродетель. Христос говорит: «Да будет слово ваше: да, да; нет, нет». В фильме же ложь и сокрытие становятся практически обычным инструментом семейного общения.

Особенно опасна попытка представить подростковую влюбленность как почти полноценную взрослую любовь. Лола мечется между Артуром и Маэлем, переживает измену, затем сближается с другом. Само наличие чувств еще не делает человека грешником, но фильм практически не предлагает подростку серьезного нравственного ориентира, который помог бы отличить любовь от эмоциональной зависимости, привязанности и желания быть желанной. Вместо целомудрия и благоразумия зрителю предлагается следить за очередными переменами подростковых чувств.

Не лучше обстоит дело и с образом взрослой жизни. Анна требует от дочери честности и благоразумия, но сама запутывается в отношениях и не может определиться между мужчинами. В итоге фильм словно говорит, что моральные правила вообще относительны: родители нарушают их, дети нарушают их, все ошибаются, а главное - разобраться в собственных чувствах. Но если каждый сам становится мерилом добра и зла, то никакой нравственной опоры уже не остается. «Горе тем, которые зло называют добром, и добро - злом».

Фильм также романтизирует бунт против родительского контроля. Уход Лолы к отцу преподносится как важный шаг к самостоятельности, хотя по сути это следствие конфликта, лжи и нежелания принимать установленные родителями границы. Подросток еще не становится мудрым только потому, что начинает самостоятельно принимать решения. Самостоятельность без рассудительности способна привести не к свободе, а к рабству собственных страстей.

При этом особенно показательно название фильма - «LOL», связанное с легкостью и беззаботностью. Именно так и воспринимается происходящее: серьезные вещи превращаются в часть веселой подростковой жизни, а нравственные проблемы растворяются в романтике, музыке, вечеринках и эмоциональных переживаниях. Но грех оттого не перестает быть грехом, что его сопровождает приятная музыка и улыбки.

Безусловно, фильм показывает и попытку примирения матери с дочерью, необходимость честного разговора и признания собственных ошибок. Однако этого недостаточно, чтобы оправдать тот нравственный фон, в котором разворачивается история. Зрителю предлагают скорее принять подростковый хаос как неизбежный этап жизни, чем научиться сопротивляться ему.

В результате «LOL» оставляет после себя весьма сомнительный урок. Вместо того чтобы воспитывать целомудрие, почтение к родителям, ответственность и самообладание, фильм слишком легко оправдывает непослушание, ложь и стремление подростка как можно скорее попробовать взрослые удовольствия. «Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем», и человеку в любом возрасте полезнее учиться владеть своими желаниями, а не превращать их в жизненный ориентир.